Работа существует на стыке живописи и скульптуры. Четыре панели полиптиха погружают зрителя в эпицентр космического события: не как стороннего наблюдателя, а как участника падения, которое становится неизбежностью перед новым перерождением.

В авторской технике металлизации олово, бронза, масло и стекло становятся равноправными инструментами. Фактура рождается там, где плоскость встречается с глубиной, а металл превращается в метафору времени и памяти.

Это диалог с Брейгелем, но с ключевым отличием: зритель помещён в самый центр события, отвечая на главный вопрос: «Есть ли я в том, свидетелем чего являюсь?»

МДФ-плита, металлизация, олово, бронза, масло, стекло
Размер: 4 части, каждая 120 Х 92 см
Год: 2017

Небесное светило обрело человеческое лицо и словно прилегло отдохнуть на кучевое облако: в зависимости от угла зрения его выражение меняется от умиротворённого до сосредоточенно-задумчивого.

В скандинавской мифологии ворон – это дух, высвобожденный из тела, олицетворение мысли и памяти, аллегория мудрости.

Полосчатая текстура авантюрина — колышущаяся трава, а кованые рога устремлены вверх: камень сам работает на образ газели и целого континента.

высота 1085 мм

Камень отполирован до блеска там, где античность предполагает матовость: андрогинный идеал на встрече древнего канона и современной пластики.

Высота 440 мм

В изгибах крупного куска нефрита застыли пенящиеся пороги горной реки — и из этого бурления проступает профиль байкальского богатыря Иркута.

Длина 770 мм

В складках плаща угадывается женская фигура в капюшоне:

город масок и каналов, где патина внизу — вода с зелёными отражениями, а силуэт гондолы уносит образ в призрачный мир.

Высота 450 мм

сочный зелёный камень звучит как символ самой жизни, а обсидиановые глаза завораживают зрителя.Нефритоид, обсидиан, металл